Руководитель Медицинского кластера МОО МСП «Новая Формация» Александр Бабич, хирург НИИ Скорой помощи в Санкт-Петербурге, со своей командой впервые в истории России «отключили» от тела человека не только голову, как в августе это сделали московские коллеги, но и шею! Затем по кровеносным сосудам запустили туда лекарство, чтобы победить раковые клетки, но не навредить печени, почкам, сердцу. Пациент Сергей Прасолов будет жить.

Команда «НФ» очень гордится тем, что такой талантливый и сильный человек в #КомандаНФ!

Подробнее про операцию — в материале ТРК МИР24 от 17 октября 2021 г.:

Герой дня – Александр Бабич, хирург НИИ Скорой помощи в Санкт-Петербурге. Сегодня его команда впервые в истории России «отключила» от тела человека не только голову, как в августе это сделали московские коллеги, но и шею. Затем по кровеносным сосудам запустила туда лекарство, чтобы победить раковые клетки, но не навредить печени, почкам, сердцу. Пациент Сергей Прасолов будет жить. Съемочная группа телеканала «МИР» была рядом все восемь часов: от наркоза до последних швов. Подробности – в сюжете корреспондента Анастасии Глебовой.

Девять утра. До начала операции – полчаса. Сергею Прасолову 57 лет. Три года назад он перенес рак желудка, поправился. Но почти сразу появилась новая опухоль. У пациента плоскоклеточный рак правых лимфоузлов шеи с метастазами, он развивается из клеток эпидермиса. IV стадия. Размеры новообразования настолько большие, что удалить его невозможно. Опухоль проросла сосудами. 14 курсов химио- и иммунотерапии не помогли. Все методы лечения были исчерпаны. И только здесь, в петербуржском НИИ скорой помощи имени Джанелидзе, решили рискнуть.

«Не поверите, ничего не чувствую. Значит, должно. Значит, будет. Я не боюсь. Врачи здесь великолепные», – поделился пациент Сергей Прасолов.

Сергей знает, что гарантии успеха нет. Он первый. Так никого и никогда еще не лечили. Опухоль необходимо подвергнуть высокодозной химиотерапии. Но из-за интоксикации человек погибнет почти сразу. Поэтому хирурги решили «отключить» пораженную раком шею вместе с головой от остального тела. Создать новый контур кровообращения и по нему пустить токсичный препарат. Жизненно важные органы при этом не пострадают. Называется такой метод «изолированная химиоперфузия». В случае Сергея – органов головы и шеи.

В институте такую методику используют с 2014 года, например, при лечении рака печени. Но вот перфузию головы и шеи проводят впервые. До этого дня метод испытывали только на животных. Весной 2021 года в Адлере на базе НИИ медицинской приматалогии химиоперфузию сделали шести павианам. Успешно. Это мультидисциплинарная операция, поэтому сейчас здесь так много медиков: хирургии различного профиля, шоковый, кардио, сосудистый, специалист неотложной хирургии, анестезиологи. Если убрать хотя бы одного участников, ничего не получится.

«Каждый человек – эксперт в своей отрасли, но самое сложно все срастить. У нас, по большому счету, за одним столом стоит шесть лидеров в своем направлении, нужно, чтобы это работало на благо пациента в одном месте», – заявил руководитель отдела неотложной хирургии НИИ Скорой помощи имени Джанелидзе Алексей Осипов.

Чтобы разделить кровообращение пациента, нужно перекрыть часть сосудов. Виктор Рева, военный хирург, делает это через небольшие разрезы на коже. А тем временем анестезиолог Сергей Фалевко готовит аппарат искусственного кровообращения, который будет снабжать кровью голову и шею, когда их «отключат» от тела.

«По сути, это такое искусственное легкое. Это легкое, а это искусственное сердце для пациента на время оперативного вмешательства», – сказал заведующий отделением анестезиологии и реанимации № 9 НИИ Скорой помощи имени Джанелидзе Сергей Фалевко.

И этот же прибор «запустит» в «отделенные» органы порцию лекарства в несколько раз превышающую дозу при обычной химиотерапии. Технологию можно сравнить со стиркой белья. Допустим, эта грязная игрушка орган, поврежденный раком. Стиральный порошок – химиопрепарат. В течение получаса он воздействует на загрязнение – чужеродные клетки. А потом все это полощется, и токсичный препарат и остатки опухоли «вымываются» из организма.

Лечить онкологию с помощью «промывания» пораженных органов пробовали еще в 1950-х годах прошлого века. Попытки были безуспешными, так как не хватало подходящих инструментов и опыта. Только в начале XXI века с помощью химиоперфузии удалось справиться с метастазами в легких.

В 2007 году Евгений Левченко рискнул одним из первых: удалил у молодой женщины десятки метастазов и провел перфузию легких. Пациентка выжила. Сейчас на счету у петербуржского врача несколько сотен таких операций. Каждая – вызов.

«Удаляем метастазы из легкого, перфузируем легкое, создаем контур, а потом еще и плевральную полость после удаления метастазов из плевры. Это двойная нагрузка, двойная перфузия, но другого варианта у пациентки просто нет», – рассказал заведующий хирургическим таракальным отделением НИИ онкологии имени Петрова Евгений Левченко.

В операционной НИИ имени Джанелидзе идет шестой час сосудистой реконструкции.

«Опухоль закровила просто при контакте, когда начали обрабатывать кожу и зону опухоли. И прошивали, и тампонировали и гемостатики применяли. В итоге пришлось еще одного ассистента намыть, чтобы он просто тактически держал и механически останавливал кровотечение из опухоли», – добавил врач, сердечно-сосудистый хирург, главный кардиохирург Севастополя Сергей Криворот.

И только ближе к четырем часам дня в пораженные опухолью органы смогли «запустить» лекарство. Пока идет перфузия, можно было бы сделать перерыв. Но никто не расходится. Впереди финальный рывок – пациента надо будет отключить от аппарата, разблокировать сосуды, восстановить ему кровообращение.

Операция закончилась ближе к вечеру. Сергея перевели в реанимацию. А спустя всего неделю выписали домой. Теперь он мечтает поскорее восстановиться и выйти на работу. Сергей – моряк. Скучает по качке и соленому ветру.

«На этой волне, на таком подъеме, я думаю, выздоровление пойдет достаточно быстро», – поделилась супруга Сергея Прасолова Галина Кумышева.

Впереди у пациента еще несколько сеансов химиоперфузии. Уже без операции в его сосудах оставили крошечные катетеры для подключения к аппарату искусственного кровообращения.

«Врачи, настолько они умницы, они сделали невозможное. И я хочу сказать, что наша медицина все-таки на уровне мировой медицины себя, конечно, показала», – добавила Галина Кумышева.

ФОТО : Shutterstock/FOTODOM